Наши телефоны:
8 (495) 743-01-87
Главная
Контакты
О компании
Онлайн-консультация
Анализ законодательства
Главная  > Анализ законодательства > Договор банковского счета > Проблемы совершенствования законодательства о банковских счетах

Проблемы совершенствования законодательства о банковских счетах


ПРОБЛЕМЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

О БАНКОВСКИХ СЧЕТАХ

 

ДОКЛАД НА "КУТАФИНСКИХ ЧТЕНИЯХ" В МГЮА,

МОСКВА, 9 ДЕКАБРЯ 2009 Г.

 

С.В. ПЫХТИН

 

Пыхтин С.В., кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры предпринимательского (хозяйственного) права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина.

 

1. Виды счетов. Как известно, в настоящее время в гл. 45 ГК РФ отсутствует упоминание об отдельных видах банковских счетов (за исключением корреспондентских счетов и корреспондентских субсчетов банков - ст. 860 ГК РФ). Вся видовая составляющая банковских счетов изложена в гл. 2 Инструкции Банка России от 14 сентября 2006 г. N 28-И "Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам)". Согласно проекту Концепции в ГК РФ предлагается закрепить следующие подвиды договоров банковского счета: договор металлического счета, договор совместного счета, договор номинального (специального целевого) счета, договор накопительного (временного) счета создаваемого юридического лица, договор публичного депозитного счета нотариуса и суда, более детально прописать правовой режим корсчетов банков.

Здесь возникает как минимум два вопроса: 1) нужно ли формулировать соответствующие определения подвидов названных договоров либо ограничиться указанием на возможность их открытия и прописать особенности правового режима (субъектный состав, круг совершаемых операций и проч. - по аналогии с особенностями хранения ценностей в банке и индивидуальном банковском сейфе (ст. 921 - 922 ГК РФ) по сравнению с общими положениями ГК РФ о хранении (§ 1 главы 47)); 2) нужны ли эти нормы в ГК РФ или их можно записать, например, в Федеральном законе от 2 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности" (далее - Закон о банках) либо все в той же Инструкции Банка России N 28-И?

Для ответа на первый вопрос необходимо обратиться к Банковскому кодексу Республики Беларусь (далее - БК РБ), в котором предлагаемая разработчиками проекта Концепции модель уже реализована. Общее определение договора банковского счета содержится в ст. 198 БК РБ, которая называется "Договор текущего (расчетного) банковского счета". В ней записано: "По договору текущего (расчетного) банковского счета одна сторона (банк) обязуется открыть другой стороне (владельцу счета) текущий (расчетный) счет для хранения ее денежных средств, зачисления на этот счет денежных средств, поступающих в пользу владельца счета, а также обязуется выполнять поручения владельца счета о перечислении и выдаче соответствующих денежных средств со счета, а владелец счета предоставляет банку право использовать временно свободные денежные средства, находящиеся на счете, с уплатой процентов, определенных законодательством Республики Беларусь или договором, а также уплачивает банку вознаграждение за оказываемые ему банком услуги". Как видно, приведенная норма в целом совпадает с формулировками п. 1 - 2 ст. 845, п. 1 ст. 846, п. 1 ст. 851 и п. 1 ст. 852 ГК РФ, но изложена, так сказать, более концентрированно. Равно как нельзя не признать, что практически все положения гл. 45 ГК РФ касаются и применимы именно к расчетным и текущим счетам, хотя в самой главе об этих счетах прямо не говорится.

Помимо договора текущего (расчетного) счета в БК РБ содержатся определения договоров временного счета, контокоррента, корреспондентского счета, благотворительного счета и карт-счета (ст. 211 - 215). Так, по договору временного счета банк обязуется открыть строящемуся объекту банковский счет на срок до ввода предприятия в эксплуатацию, учредителям (участникам) создаваемых коммерческих и некоммерческих организаций - для формирования ими уставных фондов, а также увеличения уставных фондов созданных коммерческих и некоммерческих организаций до размеров, установленных законодательством Республики Беларусь.

По договору контокоррента банк обязуется осуществлять на счете-контокорренте операции по расчетному и кредитному обслуживанию.

По договору корреспондентского счета банк-корреспондент обязуется открыть банку или небанковской кредитно-финансовой организации - владельцу счета корреспондентский счет для хранения его денежных средств, зачисления на этот счет денежных средств, поступающих владельцу счета, а также выполнять поручения (распоряжения) владельца счета о перечислении и выдаче соответствующих денежных средств со счета в порядке, установленном законодательством Республики Беларусь.

По договору благотворительного счета банк обязуется открыть физическому или юридическому лицу банковский счет для сбора, хранения и использования денежных средств, поступающих в виде безвозмездной помощи или пожертвований в целях проведения благотворительных акций.

По договору карт-счета банк обязуется открыть физическому или юридическому лицу банковский счет для отражения операций, осуществляемых ими с использованием банковских пластиковых карточек.

Представляется, что вышеприведенные формулировки не очень удачны, поскольку в значительной части повторяют определение договора текущего (расчетного) счета.

Более логичный, а потому правильный подход продемонстрирован Банком России в Инструкции N 28-И, где виды счетов определены не через договор соответствующего счета, а через субъектный состав и виды проводимых операций. Поэтому более правильным и логичным представляется не закрепление в ГК РФ новых подвидов договоров банковского счета согласно видам счетов, а дополнение перечня Инструкции Банка России N 28-И как минимум двумя счетами: металлическими и накопительными. В качестве разумного компромисса можно было бы предложить не формулировать в ГК РФ подвиды договора банковского счета, а установить цель открытия, особенности субъектного состава и перечень совершаемых операций по накопительному счету, равно как особенности предмета договора и видов совершаемых операций по металлическому счету (это можно сделать либо в рамках ГК РФ, либо в Законе о банках).

Положение Банка России от 3 октября 2002 г. N 2-П "О безналичных расчетах в Российской Федерации" в частях II и III достаточно подробно регулирует порядок осуществления межбанковских расчетов по корсчетам, открытым в Банке России и кредитных организациях, посвящая этим вопросам в общей сложности девять глав. Поэтому вряд ли можно считать разумным предложение, содержащееся в проекте Концепции, о необходимости "поднять" нормы, регулирующие отношения по корсчетам, до уровня федерального закона, коим является ГК РФ. По крайней мере от необходимости детального регулировании соответствующих вопросов нормативными актами Банка России нельзя отказываться.

Теперь об остальных видах банковских счетов.

Совместные счета. Применительно к ним в проекте Концепции отмечено, что данный вид счета известен многим развитым иностранным правопорядкам. Он может использоваться, например, супругами, товарищами в договоре простого товарищества и иными коллективными субъектами. Представляется, что все своеобразие совместных счетов заключается во множественности лиц на стороне клиента (владельца счета). Действующим законодательством это прямо не запрещено, равно как прямо не разрешено обратное.

На наш взгляд, в отношении совместных счетов достаточно будет закрепить, что клиентами по договору банковского счета могут выступать одновременно несколько юридических и/или физических лиц, права и обязанности которых в отношении денежных средств и операций по счету регулируются соглашением между ними, представляемым в банк при открытии счета. Но эту возможность нужно закреплять не как отдельную разновидность договора банковского счета, а как дополнительное правомочие клиента (по аналогии с правом клиента предоставить право распоряжаться деньгами на счете по доверенности либо на основании соглашения о безакцептном списании).

Номинальные счета, денежные средства на которых не принадлежат владельцу счета, но аккумулируются на нем с определенной целью и управляются владельцем счета (целевое (условное) депонирование денежных средств). В проекте Концепции они названы аналогом счетов эскроу <1>. Однако собственно эскроу-счета принципиально ничем не отличаются от аккредитива (в роли эскроу-агента в аккредитивной сделке выступает исполняющий банк) <2>, а банковская практика выработала в виде замены эскроу-счетов возможность аренды банковской сейфовой ячейки с правом доступа второй стороны только при предъявлении определенных документов. Если не вдаваться в тонкости противолегализационного законодательства, требования которого в части идентификации выгодоприобретателей должны быть безусловно учтены, если мы такие счета все-таки примем, то представляется достаточным не вводить новый подвид договора банковского счета, а закрепить соответствующее дополнительное право клиента по договору банковского счета (право совместным с кредитором волеизъявлением дать поручение банку о списании определенной денежной суммы только при предъявлении кредитором определенных документов или по наступлении определенных обстоятельств либо право клиента заключить договор банковского счета в пользу третьего лица (выгодоприобретателя)). Но в любом случае нужно закрепить, что эскроу-агентом может выступать только банк (либо небанковская кредитная организация).

--------------------------------

<1> В Германии такие счета получили название "доверительные счета", в Дании - "клиентские счета", в Голландии - "номинальные счета", в штате Калифорния - "эскроу-счета". Подробнее о счетах эскроу см.: Чураков Р.С. Эскроу-счет по российскому праву // Закон. 2007. N 8; Буркова А.Ю. Эскроу-счета: перспективы в российском законодательстве // Законы России: опыт, анализ, практика. 2009. N 1; проект Федерального закона N 393713-4 "О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации".

<2> За рубежом в качестве эскроу-агентов помимо банков чаще всего выступают нотариусы и адвокаты.

 

2. Добросовестность и недобросовестность клиента. В проекте Концепции предлагается закрепить нормативное предписание, обязывающее клиента действовать таким образом, чтобы не допускать несанкционированного распоряжения денежными средствами на счете третьими лицами, и в корреспонденции с ним установить презумпцию несоблюдения указанной обязанности в случае доступа третьих лиц к счету с использованием кодов и паролей, полученных у клиента. Обосновывая это предложение, разработчики проекта Концепции ссылаются на п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 19 апреля 1999 г. N 5 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета", согласно которому, если иное не установлено законом или договором, банк несет ответственность за последствия исполнения поручений, выданных неуполномоченными лицами, и в тех случаях, когда с использованием предусмотренных банковскими правилами и договором процедур банк не мог установить факт выдачи распоряжения неуполномоченными лицами, а также на развитие систем удаленного доступа к банковским счетам, которые не всегда позволяют достоверно установить, введен ли логин и пароль доступа к счету (закрытый ключ электронной цифровой подписи) уполномоченным сотрудником клиента либо неуполномоченным лицом.

Однако, во-первых, если не все, то подавляющее большинство банков уже записали в своих договорах, что клиент несет ответственность за сохранение в тайне закрытых ключей электронных цифровых подписей своих должностных лиц, а также за использование электронной подписи лицами, не имеющими права подписи расчетно-денежных и финансовых документов и не указанных в банковской карточке, а также что банк не несет ответственности за последствия операций по счету, произведенных на основании электронных документов, подписанных корректными электронными цифровыми подписями, в случае использования ключей цифровых подписей третьими лицами.

Во-вторых, вряд ли клиент умышленно предоставит третьему лицу право доступа к своему банковскому счету. Все соответствующие действия осуществляются, как правило, без ведома клиента. По крайней мере презумпцию добросовестности участников хозяйственного оборота никто не отменял. Предлагаемая презумпция несоблюдения обязанности не допускать несанкционированного использования ключей и паролей в случае, если они оказались у третьих лиц, означает, по сути, презумпцию недобросовестности, которая неприемлема, поскольку нарушает основополагающие начала гражданского, предпринимательского и банковского права.

3. Публичные депозиты и банкротство банка. В проекте Концепции есть предложение, согласно которому публичные депозиты (депозиты нотариусов, судов, судебных приставов и проч.) не должны затрагиваться банкротством банка. Очевидно, что это возможно реализовать путем либо введения государственных гарантий на такие депозиты, либо распространения на них системы страхования банковских вкладов физических лиц. Первый путь поставит такие депозиты в более привилегированное положение по сравнению с застрахованными депозитами физических лиц, что вряд ли можно признать справедливым, а потому оправданным; второй путь неизбежно приведет к злоупотреблениям со стороны депонентов "проблемных" банков, с чем в настоящее время активно борется Агентство по страхованию вкладов по делам так называемых дробильщиков вкладов.

Поэтому представляется целесообразным не предоставлять специальную правовую защиту публичным депозитам на случай банкротства банков.

4. Проблема ареста корсчета банка. Действующее законодательство в части ареста денежных средств на счете не учитывает, что на корсчете банка невозможно выделить и арестовать средства конкретного клиента. Может возникнуть ситуация, когда на корсчете "заморожена" будет значительная сумма нерадивого клиента-должника, что сделает затруднительным или даже, более того, невозможным исполнение поручений иных добросовестных клиентов. Также невозможно вычленить на корсчете собственные деньги банка и деньги клиентов.

Проблему, по нашему мнению, можно и нужно решить следующим образом. Нужно разделять две ситуации: а) когда в судебном разбирательстве ответчиком является клиент банка. В этом случае налагать арест на корсчет банка нельзя (но допустим арест денежных средств на расчетном счете клиента банка); б) когда ответчиком является банк. Здесь арест представляется допустимым лишь в случае, если истец докажет неустойчивое финансовое положение банка, т.е. невозможность в будущем исполнить заявленное в суде требование, если не принять обеспечительную меру в виде ареста денежных средств на корсчете банка в определенной сумме. Представляется, что эти вопросы должны найти отражение в проекте Концепции.

Для сравнения: в уже упоминавшемся выше БК РБ арест корсчета банка в чистом виде не допускается, но возможно перечисление истребуемых с банка сумм в специальный депозит ЦБ. Так, согласно ст. 133 БК РБ наложение ареста на денежные средства банка осуществляется путем перечисления денежных средств на специальный депозитный счет, находящийся в Национальном банке. Списание Национальным банком со специального депозитного счета денежных средств банка осуществляется в порядке, установленном законодательством Республики Беларусь. Наложение ареста на имущество банка осуществляется в порядке, установленном законодательными актами Республики Беларусь. Банк вправе при обеспечении иска о взыскании с него денежных средств вместо принятия установленных мер по обеспечению иска внести на депозитный счет суда истребуемую истцом денежную сумму. Наложение ареста, приостановление или прекращение операций по корреспондентскому счету банка не допускаются.

5. Проблема обеспечения банковской тайны. В проекте Концепции не затронуты вопросы конфиденциальности информации, составляющей банковскую тайну. Во-первых, поскольку все отечественные банки помимо собственно банковских услуг оказывают клиентам много дополнительных или сопутствующих услуг - факторинговые, брокерские, хранение ценностей и т.п., нужно распространить правовой режим банковской тайны на сведения о конкретных сделках клиента, а также на сведения об имуществе, переданном в банк на хранение.

С принятием ст. 93.1 НК РФ наметился явный дисбаланс в сторону фискального интереса налоговых органов. Следует констатировать, что применение этой статьи НК РФ в отношении банков, что подтверждено новейшей арбитражной практикой, в т.ч. ВАС РФ <3>, фактически парализовало правовую защиту банковской тайны, предоставленную не только п. 2 ст. 86 НК РФ, но и ст. 26 Закона о банках, а также, что немаловажно, ст. 857 ГК РФ. Поэтому, во-вторых, нужно ограничить действие ст. 93.1 НК РФ исключительно целями налогового контроля и установить обязанность налоговых органов обосновывать относимость запрашиваемых документов и информации потребностью их использования для установления полноты исполнения налогоплательщиком установленных НК РФ обязанностей. На практике зачастую истребуются документы и информация, которые либо вообще никакого отношения к мероприятиям налогового контроля не имеют, либо если и имеют, то весьма опосредованное, а в ряде случаев даже могут причинить ущерб налогоплательщикам - клиентам банков. Так, в банках налоговые органы запрашивают такие очевидно не имеющие никакого отношения к определению полноты и своевременности исполнения налогоплательщиком обязанностей по уплате налогов и сборов документы, как заявление на открытие банковского счета, договор банковского счета, договор на расчетно-кассовое обслуживание, заявление на подключение системы "Банк-Клиент", соглашение о признании и использовании электронной цифровой подписи, акты приема-передачи сертификатов электронных ключей и программных средств, сведения об IP-адресе, с которого осуществляется доступ к системе "Банк-Клиент", технико-экономические обоснования по кредитным договорам, бизнес-планы и проч.

--------------------------------

<3> См., например: Постановление Президиума ВАС РФ от 31 марта 2009 г. N 16896/08.


Яндекс.Метрика
карта сайта  © 2011 Юридическая Компания В.И.П.
Главная
Контакты
О компании
Онлайн-консультация
Анализ законодательства